Принятие решения о понуждении занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъекта заключить с потребителем договор на снабжение тепловой энергией.
Представительство в арбитражном суде - консультации, подготовка необходимых правовых документов, представительство в арбитражном суде первой инстанции, защита интересов в арбитражном апелляционном суде, кассационное производство в арбитражном суде округа, споры в суде по интеллектуальным правам, ведение дел в экономической коллегии верховного суда рф, участие в заседаниях третейских судов, сопровождение исполнения принятых судом решений, досудебное урегулирование споров...vk.com/advocate_nsk,pochta@advocate-arbitrage.ru,t.me/arbitrage_nsk,watsapp/arbitrage_nsk.
ОАО «Нижнекамскнефтехим» обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением о понуждении ОАО «Генерирующая компания» (г. Казань) заключить договор на снабжение тепловой энергией в паре.
По ходатайству истца и по инициативе суда в качестве третьих лиц без самостоятельных требований на предмет спора были привлечены Федеральная антимонопольная служба России, Комитет Республики Татарстан по тарифам, открытое акционерное общество «Татэнергосбыт».
Исковые требования были основаны на том, что передающие тепловую энергию сети, принадлежащие ОАО «Нижнекамскнефтехим», непосредственно присоединены к оборудованию производителя тепловой энергии. В течение многих лет договор на снабжение тепловой энергией заключался истцом с ОАО «Татэнерго», в состав которого входили как генерирующая компания, так и сбытовая организация. При реформировании энергетической отрасли генерирующая компания отделилась и получила юридическую самостоятельность. Правопреемником продавца энергии стало ОАО «Татэнергосбыт», которое фактически в исполнении договора не участвует, поэтому, по мнению истца, заключение договора непосредственно с производителем энергии более предпочтительно.
Ответчик исковые требования не признал, полагая, что для обеспечения возможности заключения договора энергоснабжения (договора снабжения тепловой энергией) необходимо наличие не только технического присоединения и приборов учета, но и дополнительного, третьего условия в виде соответствующего конечного тарифа на продажу тепловой энергии потребителям. Тариф же на покупку потребителем тепловой энергии непосредственно у генерирующей компании, не являющейся сбытовой организацией и не имеющей в структуре затрат расходов на сбыт энергии, не установлен.
Эти возражения поддержало ОАО «Татэнергосбыт», считая, что действующие в сфере энергоснабжения нормы определяют схему деловых отношений как «производство – передача – сбыт – потребитель» и единственным продавцом энергии в Республике Татарстан является именно ОАО «Татэнергосбыт».
Комитет Республики Татарстан по тарифам также указал, что ответчик занимается только производством энергии и для него установлены тарифы на производство электрической и тепловой энергии без учета сбыта энергии.
Суд первой инстанции посчитал, что для заключения договора энергоснабжения необходимо одновременно соблюдение трех условий: технического присоединения к сетям, по которым передается энергия, обеспечения учета энергии и наличия соответствующего тарифа для расчетов с потребителем. По мнению суда, основным видом деятельности ответчика – ОАО «Генерирующая компания» – является производство электрической и тепловой энергии. Компании установлен тариф на производство энергии, в том числе тепловой, а не на продажу энергии потребителям. Энергосбытовой (снабжающей) организацией на территории Республики Татарстан, осуществляющей сбыт тепловой энергии, в том числе производимой ответчиком, по мнению суда, является ОАО «Татэнергосбыт», с которым у истца уже заключен договор. По этим основаниям суд в удовлетворении иска отказал.
Те же мотивы приведены судом апелляционной инстанции при отказе в удовлетворении жалобы.
Кассационная инстанция – ФАС Поволжского округа – решение и постановление судов первой и апелляционной инстанций отменила, признав исковые требования обоснованными. Кассационный суд передал дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение, так как условия представленного истцом проекта договора судом первой инстанции не обсуждались. В постановлении кассационный суд учитывал письма ФАС России и ФСТ России.
По принятым судами решениям и постановлениям возникает ряд требующих комментирования вопросов, в том числе: является ли генерирующая организация энергосбытовой; предусмотрена ли законодательством обязанность заключения производителем энергии договора продажи тепловой энергии непосредственно с ее потребителями; является ли отсутствие утвержденной цены препятствием для заключения договора; каково процессуальное положение органов исполнительной власти, привлеченных для участия в деле, возбужденном другими лицами?
1.Правовые основания для понуждения производителя тепловой энергии к заключению договора на продажу тепловой энергии с потребителем.
Как установил суд, договор снабжения (продажи) тепловой энергией в виде пара в течение ряда лет заключался истцом с ОАО «Татэнерго», а после реформы в сфере энергетики – с ОАО «Татэнергосбыт».
В связи с проведением реформы и разделением видов деятельности в энергетике по производству, передаче и продаже энергии потребитель предложил владельцу источника тепловой энергии заключить договор, что для него более эффективно и выгодно.
Обращение в суд было вызвано отказом ответчика – генерирующей организации от заключения договора.
По существу предметом спора, переданного на рассмотрение суда, являлось определение структуры договорных связей, т.е. того, с кем потребителем может быть заключен договор на покупку тепловой энергии – с производителем тепловой энергии или с посредником – гарантирующим поставщиком, покупающим энергию у ее производителя для перепродажи.
Спорным прежде всего был вопрос о том, является ли генерирующая организация субъектом товарного рынка. Основным доводом суда для отказа в иске послужил отрицательный ответ на этот вопрос. Суд посчитал, что деятельность генерирующей компании – производство тепловой энергии, а не ее сбыт.
Однако такой довод не соответствует законодательству и содержанию отношений сторон. Производство электрической и тепловой энергии осуществляется ответчиком и его отделениями (филиалами) в режиме комбинированной выработки. Согласно ст.45Федерального закона об электроэнергетике при производстве тепловой энергии в режиме комбинированной выработки с электроэнергией отношения, связанные с теплоснабжением, наряду с иными законами и нормативными актами Российской Федерации регулируются также этим Федеральным законом.
Субъекты розничного рынка энергоресурсов определены ст.37Федерального закона об электроэнергетике: это потребители и поставщики электрической энергии, в том числе производители электрической энергии, гарантирующие поставщики, иные энергосбытовые организации.
Генерирующая организация, как и любая другая предпринимательская организация, осуществляет деятельность, направленную на систематическое получение прибыли от продажи произведенных товаров, т.е. сбыт энергии. В соответствии с определением основных понятий, предусмотренных в ст.3Федерального закона об электроэнергетике, генерирующая организация признается энергосбытовой, поскольку в качестве одного из видов деятельности осуществляет продажу другим лицам произведенной энергии. Принятый уже после рассмотрения дела судами Федеральный закон от 27 июля 2010 г. № 190-ФЗ "О теплоснабжении"[1] под теплоснабжающей организацией также понимает организацию, осуществляющую продажу потребителям и (или) теплоснабжающим организациям произведенных или приобретенных тепловой энергии (мощности), теплоносителя.
[1]СЗ РФ. 2010. № 31. Ст. 4159.
Суд не признал генерирующую организацию энергосбытовой, как не признал и наличия у нее обязанности заключить договор по требованию потребителя. Между тем такая обязанность предусмотрена законодательством. Энергопринимающие устройства потребителя присоединены к коллекторам ОАО «Генерирующая компания» (к коллекторам ее филиала в Нижнекамске), поэтому получить теплоноситель (тепловую энергию в виде пара) кроме как от ОАО «Генерирующая компания» потребитель не может. С учетом географических границ продажи тепловой энергии данному потребителю при 100% доли рынка ОАО «Генерирующая компания» занимает доминирующее положение и, следовательно, в силу ст.10Федерального закона о защите конкуренции не вправе отказываться от заключения договора. Обязанность любой энергоснабжающей организации заключить договор энергоснабжения (теплоснабжения) предусмотрена также ст.25Федерального закона об электроэнергетике.
Одна из основных целей реформы в электроэнергетике – развитие конкуренции на рынке продаж электрической и тепловой энергии (мощности). На рынке продаж тепловой энергии в Нижнекамске в качестве конкурирующей организации выступает и другая энергосбытовая организация – гарантирующий поставщик.
Право выбора продавца электроэнергии ст.37Федерального закона об электроэнергетике предоставила покупателю. Тем самым упомянутые федеральные законы ограничили принцип свободы договора, не только предусмотрев обязанность энергоснабжающих (теплоснабжающих) организаций заключать договоры по требованию потребителей, но и предоставив потребителю преимущественное право выбора контрагента по договору.
Рыночная конкуренция в соответствии со ст.4Федерального закона об электроэнергетике – это соперничество хозяйствующих субъектов, борьба за потребителя. Отказ генерирующей компании заключить договор мог быть вызван соглашением с гарантирующим поставщиком, административным вмешательством органов исполнительной власти, имущественными интересами. К сожалению, действительные причины отказа выявлены судом не были.
Кассационный суд рассматривал дело при наличии письма ФАС России, подтверждающего обязанность хозяйствующего субъекта, занимающего доминирующее положение, в силу ст.10Федерального закона об электроэнергетике заключить договор теплоснабжения, и письма ФСТ России, отдавшей предпочтение заключению договора с организацией, которой принадлежит источник тепловой энергии.
Кассационный суд, признавший существование обязанности генерирующей организации заключить договор с потребителем, учел еще одно важное обстоятельство: гарантирующий поставщик не принимает никакого участия в исполнении договора теплоснабжения при непосредственном присоединении сетей потребителя к оборудованию генерирующей организации.
При рассмотрении дела возникал вопрос о толковании ст.539ГК РФ. Эта статья и в судебной практике, и в литературе получала разное толкование. В соответствии с одним из них, договор энергоснабжения должен быть заключен с той энергосбытовой организацией, к передающим сетям которой непосредственно присоединено принимающее оборудование потребителя. По другой трактовке, наличие технологического присоединения покупателя к передающим энергию сетям – лишь необходимое условие (предпосылка) заключения договора энергоснабжения, но оно не определяет структуру договорных отношений, т.е. не предопределяет ту энергоснабжающую организацию, которая заключает с потребителем договор.
При осуществлении реформы в энергетике для различного толкования ст.539ГК РФ оснований не осталось, поскольку гарантирующий поставщик и другие специализированные энергоснабжающие организации (кроме территориальных) вообще не имеют сетей, другого производящего и передающего энергию оборудования. Кроме того, наряду с понятием непосредственного присоединения к сетям, применявшимся в судебной практике, нормативными актами введено понятие опосредуемого присоединения.
Применительно к снабжению тепловой энергией при технологической возможности получения потребителем энергии от ее производителя договору между ними придано важное значение. В соответствии с изменениями, внесенными в ст.2 Федерального закона от 14 апреля 1995 г. № 41-ФЗ «О государственном регулировании тарифов на электрическую и тепловую энергию в Российской Федерации»[1], в установленном Правительством РФ порядке могут заключаться договоры на продажу тепловой энергии между потребителями тепловой энергии и ее производителями при технологической возможности передачи энергии. В этом случае стороны вправе устанавливать тарифы своим соглашением. Эти изменения внесены Федеральным законом от 23 ноября 2009 г. № 261-ФЗ «Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»[2]. Таким образом, заключение договоров энергоснабжения потребителями непосредственно с производителями энергии увязано с повышением энергетической эффективности.[1]СЗ РФ. 1995. № 16. Ст. 1316 (утратил силу). [2]СЗ РФ. 2009. № 48. Ст. 5711.
3.Отсутствие регулируемой цены (тарифа) не является основанием для отказа от заключения договора.
Суды первой и апелляционной инстанций, обосновывая отказ в иске, указали, что для заключения договора на снабжение тепловой энергией необходимо соблюдение одновременно трех составляющих условий:
1) техническое присоединение;
2) обеспечение учета энергии;
3) наличие соответствующего тарифа для расчета с конечным потребителем энергии.
Указанный тариф в соответствии с п.57Основ ценообразования в отношении электрической и тепловой энергии в Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 26 февраля 2004 г. № 109 (далее – Основ ценообразования), должен быть определен как сумма следующих слагаемых:
• средневзвешенная стоимость единицы тепловой энергии (тариф производителя);
• стоимость иных услуг, оказание которых является неотъемлемой частью процесса снабжения потребителей тепловой энергией.
Суды первой и апелляционной инстанций признали, что, поскольку такой тариф отсутствует, а утвержден только тариф производства, потребитель не вправе требовать заключения договора.
Доводы, выдвинутые ответчиком и третьим лицом – «Татэнергосбыт», были поддержаны Комитетом Республики Татарстан по тарифам.
Тепловая энергия, в соответствии с действующим законодательством, действительно пока оплачивается по регулируемым ценам. Однако в соответствии с упомянутым Постановлением Правительства РФ обязанность подачи в орган, определяющий (устанавливающий) тариф, заявления с обоснованием размера регулируемого тарифа и представления документов, необходимых для расчета тарифа, возложена на организацию, осуществляющую соответствующую деятельность. Следовательно, отсутствие регулируемой цены не может служить основанием для отказа в заключении договора. Кроме того, кассационный суд при отмене судебных актов учел письмо ФСТ России от 20 апреля 2010 г., согласно которому в случае непосредственного получения потребителем тепловой энергии, отпускаемой с коллекторов ОАО «Генерирующая компания», расчеты будут осуществляться по тарифу на тепловую энергию, установленному ОАО «Генерирующая компания» (тариф производства).
Следует признать несостоятельной ссылку ответчика и третьего лица – ОАО «Татэнергосбыт» – на необходимость включения в размер тарифа стоимости услуг, являющихся неотъемлемой частью процесса снабжения тепловой и энергетической энергией, так как никакие дополнительные услуги потребителю ни производитель энергии, ни сбытовая организация не оказывали.
Тариф, утверждаемый для расчетов со сбытовой организацией, в разы превышал тариф производителя. Навязывание ОАО «Татэнергосбыт» потребителю договора с невыгодными» для него условиями является нарушением ч.1 ст.10Федерального закона об электроэнергетике.
При рассмотрении дела суды первой и апелляционной инстанций, к сожалению, не учитывали нарушения занимающими доминирующее положение лицами запретов, установленных ст.10Федерального закона об электроэнергетике.
Кроме того, наличие тарифа, по которому производитель реализует тепловую энергию, уже позволяло генерирующей организации заключить договор.
4.Правовой статус органов государственной власти и местного самоуправления, участвующих в процессе, возбужденном другими лицами.
Привлекаемые к участию в арбитражном процессе органы государственной власти и органы местного самоуправления признаются третьими лицами, не заявляющими самостоятельных требований. Между тем ст.51АПК РФ определяет, что вступление в процесс третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, возможно (либо необходимо), если судебный акт может повлиять на их права и обязанности по отношению к одной из сторон. Это определение не охватывает задачи участия в деле по имущественному спору органов государственной власти и органов местного самоуправления в качестве третьих лиц без самостоятельных требований. Их задачи иные, если они не предъявляют иски (заявления)
Основания участия органов государственной власти и органов местного самоуправления в суде общей юрисдикции ст.47ГПК РФ определены иначе. Они привлекаются в процесс для дачи заключения, т.е. являются особыми участниками процесса, а не третьими лицами. Их задача – способствовать правильному применению судом законодательства.
К сожалению, такой участник процесса, привлекаемый в дело для дачи заключения, арбитражным законодательством не предусмотрен. Статья 53АПК РФ допускает возможность вступления в процесс прокурора в целях обеспечения законности.
Пунктом 7 ч.1 ст.23Федерального закона об электроэнергетике антимонопольным органам предоставлены полномочия участвовать в рассмотрении судом или арбитражным судом дел, связанных с применением и (или) нарушением антимонопольного законодательства. Такое участие возможно путем предъявления иска (заявления) при нарушении антимонопольного законодательства либо представления суду заключения, способствующего обоснованному применению антимонопольного законодательства.
Пленум ВАС РФ в п.2 Постановления от 30 июня 2008 г. № 30 дал указание арбитражным судам извещать антимонопольный орган о рассмотрении дела, возбужденного на основании исков, заявлений иных лиц, для обеспечения возможности его участия в рассмотрении дела, связанного с применением и (или) нарушением антимонопольного законодательства.
