Раздел III. Доказывание по делам, возникающим из административных правоотношений.
Представительство в арбитражном суде - консультации, подготовка необходимых правовых документов, представительство в арбитражном суде первой инстанции, защита интересов в арбитражном апелляционном суде, кассационное производство в арбитражном суде округа, споры в суде по интеллектуальным правам, ведение дел в экономической коллегии верховного суда рф, участие в заседаниях третейских судов, сопровождение исполнения принятых судом решений, досудебное урегулирование споров...vk.com/advocate_nsk,pochta@advocate-arbitrage.ru,t.me/arbitrage_nsk,watsapp/arbitrage_nsk.
Глава 21. Особенности доказывания по делам, предусмотренным главой 24 АПК РФ.
В соответствии со ст.197АПК РФ дела названной категории рассматриваются арбитражными судами по общим правилам искового производства, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, предусмотренными его гл.24. И одной из таких особенностей, указанной в ч.2.ст.197АПК РФ, является то, что производство по таким делам возбуждается не на основании иска, а на основании заявления лица, обратившегося в арбитражный суд с требованием о признании недействительными ненормативных правовых актов или незаконными действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, или должностных лиц.
Правом на обращение в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов или незаконными действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, или должностных лиц обладает неограниченный круг субъектов (согласно ст.198АПК РФ это граждане, организации и иные лица). Вместе с тем, учитывая специфику компетенции арбитражных судов, обжалуемые акты, действия (бездействие) должны нарушать их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагать на них какие-либо обязанности, создавать иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности. Указанные обстоятельства определяют особенности предмета доказывания, а также распределения обязанностей по доказыванию.
Таким образом, к предмету доказывания в делах об обжаловании ненормативных правовых актов будут относиться:
• факт издания ненормативного акта, совершения действий (бездействия) органом, осуществляющим публичные полномочия, должностным лицом;
• властный характер ненормативного акта, действий (бездействия) органа, осуществляющего публичные полномочия, должностного лица;
• наличие (отсутствие) полномочий органа, осуществляющего публичные полномочия, должностного лица на издание соответствующего ненормативного акта либо совершение соответствующих действий (бездействия);
• соответствие закону или иным нормативным актам оспариваемого акта либо соответствующих действий (бездействия), в том числе соблюдение требований к процедуре их совершения;
• обстоятельства, послужившие основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия);
• нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности;
• наличие у органа, должностного лица соответствующих полномочий, обеспечивающих в случае удовлетворения требований дальнейшее исполнение судебного акта;
• иные обстоятельства.
В силу ч.1.ст.198,ст.200,201АПК РФ для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц необходимо установить наличие двух условий:
1) несоответствие оспариваемого ненормативного правового акта, решения и действия (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту;
2) нарушение указанными ненормативными правовыми актами, действиями (бездействием) прав и охраняемых законом интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности[1].
Распределение обязанностей по доказыванию имеет определенную специфику. С одной стороны, в силу положений, установленных ч.5.ст.200АПК РФ, обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие)[2].
С другой стороны, это не отменяет требования ст.65АПК РФ, в силу которого каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые ссылается как на основание своих требований и возражений. В результате доказывание наличия второго обязательного условия - нарушения оспариваемым актом, решением, действиями (бездействием) прав и охраняемых законом интересов в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности возлагается на заявителя[3].
При этом все вышесказанное совершенно не означает, что роль суда в делах указанной категории является пассивной. Нормы ст.57, ч.ст.249,ч.1.ст. 292ГПК РФ и ст.66,ч.6.ст.200АПК РФ закрепляют за судом полномочия по ходатайству стороны или другого лица, участвующего в деле, а в определенных законом случаях и по своей инициативе истребовать необходимые для правильного разрешения дела доказательства.
Неисполнение судебных актов, невыполнение требований судов общей юрисдикции и арбитражных судов влечет ответственность в виде наложения штрафа (ч.3.ст.57ГПК РФ,ч.9.ст.66АПК РФ), что, однако, не освобождает соответствующее лицо от обязанности представить истребуемое доказательство (ч.4.ст.57ГПК РФ,ч.11.ст.66АПК РФ)[4].
При рассмотрении дел данной категории необходимыми доказательствами будут являться:
• обжалуемый ненормативный акт;
• иной материальный носитель, свидетельствующий о факте совершения действий (бездействия) (письменный отказ в удовлетворении требования; запрос с отметкой о поступлении в соответствующий орган; предписания, требования и иные документы властного характера, поступившие из государственного органа в адрес заявителя, и т.д.);
• копии документов, подтверждающие права заявителя либо опровергающие наличие у него тех или иных обязанностей;
• иные необходимые доказательства.
При этом надо учитывать, что формальный подход к рассмотрению данной категории дел недопустим. Суду необходимо принять и исследовать все представленные сторонами доказательства, способные повлиять на решение в пользу одной или другой стороны, независимо от того, имелись ли указанные доказательства в распоряжении государственного органа в момент принятия им оспариваемого решения. Так, ч.4.ст.200АПК РФ предполагает, что налогоплательщик вправе предоставить, а арбитражные суды обязаны исследовать документы, которые являются основанием получения налогового вычета, независимо от того, были ли эти документы истребованы и исследованы налоговым органом при решении вопроса о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности и предоставлении налогового вычета[5]. Судам необходимо исходить из того, что по общему правилу сбор и раскрытие доказательств осуществляются как налоговым органом, так и налогоплательщиком на стадии проведения мероприятий налогового контроля и в ходе досудебного разрешения налогового спора.
В случае представления дополнительных доказательств суд по ходатайству лица, участвующего в деле, вправе в целях предоставления другой стороне возможности ознакомления с ними и представления опровергающих их доказательств объявить перерыв в судебном заседании или отложить судебное разбирательство. При этом в целях получения доказательств, опровергающих дополнительные доказательства, лицо, участвующее в деле, вправе заявлять ходатайство об истребовании судом необходимых доказательств с обоснованием причин невозможности самостоятельного получения этих доказательств.
Причем независимо от результатов рассмотрения дела судебные расходы по нему применительно к ч.1.ст.111АПК РФ полностью или в части могут быть отнесены на сторону, представившую в суд доказательства, не раскрытые в ходе осуществления мероприятий налогового контроля и досудебного разрешения налогового спора, при отсутствии объективных препятствий к их своевременному представлению[6].
Особенности доказывания по делам, связанным с обжалованием ненормативных актов, действий (бездействия) антимонопольных органов. Главные руководящие рекомендации, которые необходимо учитывать судам при рассмотрении дел указанной категории, сформулированы в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 4 марта 2021 г. N 2 "О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства".
В процессе своей деятельности органами Федеральной антимонопольной службы издается целый ряд различных ненормативных актов, обладающих особенностями, связанными с тем, на реализацию каких целей они направлены. Условно, используя в качестве критерия специфику доказывания в процессе их обжалования, акты антимонопольных органов можно разделить на три группы:
1) приказы о назначении проверки и возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства;
2) решения об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства;
3) решения об установлении факта нарушения антимонопольного законодательства и выдаваемые в связи с этим предупреждения и предписания.
Приказ антимонопольного органа о назначении проверки, приказ о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства, принимаемые на основании ч.6.ст.25.1,ч.1.ст.39Закона о защите конкуренции, не являются актами, которыми разрешается вопрос о наличии в действиях лица соответствующих нарушений, поэтому предметом доказывания в данном случае будет являться наличие обстоятельств, позволяющих антимонопольному органу принять указанное решение. В связи с этим при оспаривании указанных актов арбитражный суд должен проверить только основания, исключающие в силу закона возможность их вынесения.
Например, для приказа о проведении проверки такими основаниями могут являться:
• выход предмета проверки за пределы полномочий антимонопольного органа (ч.3 и 5, п.4.ч.7.ст.25.1 Закона о защите конкуренции);
• нарушение допустимой периодичности проведения плановых проверок (ч.3.ст.25.1 Закона о защите конкуренции);
• назначение внеплановой проверки при отсутствии установленных законом оснований или без необходимого в определенных случаях согласования с органом прокуратуры (ч.4 и 5.1.ст.25.1 Закона о защите конкуренции)[7].
В свою очередь, приказ о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства может быть оспорен по основаниям, исключающим возможность возбуждения дела согласно ч.9.ст.44 Закона о защите конкуренции, например в связи с тем, что в действиях лица признаки нарушения антимонопольного законодательства отсутствуют[8], или в связи с истечением к моменту возбуждения дела срока давности рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства (ст.41.1, п.5.ч.9.ст.44 Закона о защите конкуренции).
При этом согласно п.7 ч.9 указанной нормы одним из оснований, исключающих возможность возбуждения дела, является устранение признаков нарушения антимонопольного законодательства в результате выполнения предупреждения, выданного в порядке, установленном ст.39.1 Закона о защите конкуренции. Указанное основание необходимо выделить особо, поскольку оно обладает спецификой. Если возбуждению дела о нарушении антимонопольного законодательства предшествовала выдача предупреждения, в случае оспаривания приказа о возбуждении дела суду необходимо проверить наличие признаков нарушения антимонопольного законодательства на момент издания приказа с учетом действий по устранению нарушений (их последствий), предпринятых лицом, которому выдано предупреждение. При этом судам необходимо исходить из того, что Закон о защите конкуренции не исключает возможность устранения лицом признаков нарушения антимонопольного законодательства и последствий нарушений посредством совершения действий, отличных от мер, указанных в предупреждении. Следовательно, лицо, заявляющее о незаконности возбуждения дела, обязано обосновать свою позицию с приложением документов, подтверждающих совершение необходимых действий.
При рассмотрении споров, связанных с оспариванием законности предупреждений, судам необходимо учитывать, что по смыслу взаимосвязанных положений ч.1 и 4 ст.39.1, п. 7.ч.9.ст.44 Закона о защите конкуренции предупреждение должно содержать предварительную оценку действий (бездействия) лица на предмет наличия в них нарушения антимонопольного законодательства и предоставлять возможность лицу самостоятельно устранить допущенные нарушения, если таковые имели место в действительности.
В предупреждении антимонопольного органа не могут устанавливаться факты нарушения антимонопольного законодательства и не может указываться на применение мер государственного принуждения. В частности, на стадии выдачи предупреждения к хозяйствующему субъекту не может применяться предусмотренная подп. "к" п.2.ч.1.ст.23 Закона о защите конкуренции мера в виде перечисления в федеральный бюджет дохода, полученного в связи с нарушением антимонопольного законодательства.
В то же время оно должно содержать указание на наличие конкретных признаков нарушения антимонопольного законодательства, которые и будут являться предметом доказывания в рамках спора об обжаловании предупреждения. Соответственно, заявитель имеет возможность оспорить как само наличие таких признаков, так и факт нарушения ими законодательства о защите конкуренции.
Помимо сказанного, суду необходимо принимать во внимание то, что предупреждение само по себе является ненормативным правовым актом и может быть предметом самостоятельного обжалования со своей спецификой доказывания. В силу ч.3.2.ст.23 Закона о защите конкуренции антимонопольный орган выдает предупреждения о прекращении действий (бездействия), которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства, в случаях, указанных в Законе. Специфической чертой данного ненормативного акта является то, что в силу ч.7.ст.39.1 Закона о защите конкуренции при условии выполнения предупреждения дело о нарушении антимонопольного законодательства не возбуждается и лицо, выполнившее предупреждение, не подлежит административной ответственности за нарушение антимонопольного законодательства в связи с его устранением. А в силу ч. 2 указанной статьи принятие антимонопольным органом решения о возбуждении дела о нарушении п. 3, 5, 6 и 8 ч. 1 ст. 10, ст. 14.1, 14.2, 14.3, 14.7, 14.8 и 15 Закона без вынесения предупреждения и до завершения срока его выполнения не допускается. Таким образом, предупреждение антимонопольного органа может выступать как самостоятельным предметом обжалования, так и доказательством по делам об обжаловании приказа о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства.
Необходимо учитывать, что на предмет доказывания по делам об обжаловании приказа о проведении проверки будет оказывать влияние и то, в отношении какого конкретно нарушения антимонопольного законодательства планируется проводить проверку. В частности, приказ о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства, предусмотренном ст.10 Закона о защите конкуренции, может быть оспорен по основаниям, связанным с тем, что антимонопольным органом не установлено доминирующее положение хозяйствующего субъекта, в том числе если на момент возбуждения дела не проведен анализ состояния конкуренции в целях установления доминирующего положения хозяйствующего субъекта (ч.8.ст.5, п.3.ч.2.ст. 23, ч.7.ст. 44 Закона о защите конкуренции). Основным доказательством в таких делах будет выступать аналитический отчет о состоянии конкуренции.
Но сам по себе аналитический отчет о состоянии конкуренции не предопределяет выводов о наличии (об отсутствии) антимонопольного нарушения, не имеет заранее установленной силы по отношению к иным доказательствам и подлежит оценке судом наряду с прочими доказательствами, представленными в материалы дела, о чем более подробно будет изложено далее. При этом самостоятельным предметом обжалования аналитический отчет быть не может, поскольку не обладает признаками ненормативного правового акта.
Как было сказано выше, самостоятельным предметом обжалования может быть решение антимонопольного органа об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства. К числу специфических черт, которые можно выделить, говоря об обжаловании такого рода ненормативных правовых актов, относится круг лиц, наделенных правом их обжалования. Отказ в возбуждении дела может быть оспорен в арбитражном суде лицами, выступавшими заявителями при обращении в антимонопольный орган и обладающими заинтересованностью в возбуждении дела (п.2.ч.2.ст.39, ст.44 и ч.1.ст.52 Закона о защите конкуренции, п.1.ст.11 ГК РФ). Указанные обстоятельства также подлежат доказыванию, причем обязанность доказать свою заинтересованность возлагается на лицо, которое обжалует отказ антимонопольного органа в возбуждении дела.
При рассмотрении данной категории споров судам необходимо учитывать то, что по смыслу положений ч.1 и 2 ст.44 Закона о защите конкуренции на стадии возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства антимонопольный орган не рассматривает по существу вопрос о наличии нарушения, но анализирует, приведены ли в заявлении обстоятельства, которые могут свидетельствовать о наличии в действиях конкретного лица признаков нарушения антимонопольного законодательства, и представлены ли в подтверждение этих обстоятельств доказательства (либо указано на невозможность представления определенных документов и лицо, у которого они могут быть истребованы).
Антимонопольный орган также не связан квалификацией указанных в заявлении действий, которую дает заявитель, а самостоятельно дает им квалификацию, в том числе на стадии возбуждения дела, исходя из содержания заявления и приложенных к нему доказательств.
В связи с этим при оценке законности отказа в возбуждении дела по основаниям, предусмотренным п. 1, 2 ч.9 ст.44 Закона о защите конкуренции, подлежат доказыванию:
• правильность выводов антимонопольного органа о возможной квалификации нарушения;
• полнота проверки доводов заявителя, свидетельствующих о возможном наличии нарушения антимонопольного законодательства в поведении соответствующих лиц.
Соответственно, рассматривая спор о законности (незаконности) отказа в возбуждении дела, суд не должен подменять собой административный орган в деле выяснения фактического наличия антимонопольного нарушения. Обнаружив признаки правонарушения, суд не должен задаваться вопросом исследования фактов, которые не были установлены и исследованы антимонопольным органом. Для признания незаконным отказа в возбуждении дела суду достаточно установить наличие признаков правонарушения и то, что со стороны антимонопольного органа не были совершены все предписанные Законом о защите конкуренции и Административным регламентом Федеральной антимонопольной службы по исполнению государственной функции по возбуждению и рассмотрению дел о нарушениях антимонопольного законодательства Российской Федерации, утвержденным Приказом Федеральной антимонопольной службы от 25 мая 2012 г. N 339, действия по его выявлению и исследованию.
Самое главное, что решение суда о признании незаконным решения антимонопольного органа об отказе в возбуждении дела не должно предрешать дальнейших выводов, которые последуют по результатам проверки. На этой стадии суд контролирует исключительно полноту и формальную законность действий государственного органа.
Ненормативными актами, которые выносятся по итогам антимонопольной проверки и содержат решение по существу, являются решение антимонопольного органа и предписание, которое может быть выдано на основании выводов, содержащихся в решении. При этом необходимо учитывать, что, хотя два указанных акта связаны между собой, между ними есть существенная разница. Если в решении антимонопольного органа содержатся анализ доказательств и правовые выводы по существу вменяемого нарушения, то предписание содержит в себе непосредственные требования, адресованные государственным органом лицу, в отношении которого осуществлялась проверка. По итогам проверки антимонопольным органом может быть принято решение как о выдаче соответствующего предписания, так и об отказе в выдаче такового. В свою очередь, заинтересованное лицо может обжаловать как оба названных ненормативных акта, так и любой из них в отдельности. Однако при оценке законности каждого из них судам необходимо принимать во внимание ряд особенностей.
Рассматривая дело об оспаривании решений антимонопольных органов, арбитражный суд на основании ч.1.ст.64АПК РФ по общему правилу проверяет законность соответствующего решения на основании доказательств, собранных и раскрытых в ходе производства по делу о нарушении антимонопольного законодательства.
Поскольку судебное разбирательство не подменяет установленный Законом о защите конкуренции порядок рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства, дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом в случае, если лицо, ходатайствующее об их принятии, включая антимонопольный орган, обосновало невозможность их представления на стадии рассмотрения дела в антимонопольном органе по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными, в частности, если имелись объективные препятствия для получения и (или) представления доказательств до вынесения оспариваемого акта. Например, не может быть принят в качестве доказательства, представляемого антимонопольным органом, аналитический отчет, составленный после завершения рассмотрения в административном порядке дела о нарушении антимонопольного законодательства.
Поскольку аналитический отчет о состоянии конкуренции на товарных рынках в делах данной категории является одним из основных доказательств (п.3 ч.2 ст. 23 и ч.5.1 ст.45 Закона о защите конкуренции), необходимо уделить ему особое внимание.
С учетом положений ч.4 ст.45.1 Закона о защите конкуренции, ч.4 и 5 ст.71АПК РФ судам необходимо исходить из того, что аналитический отчет о результатах анализа состояния конкуренции на товарном рынке относится к письменным доказательствам и должен отвечать требованиям закона, предъявляемым к данному виду доказательств.
Аналитический отчет не предопределяет выводов о наличии (об отсутствии) антимонопольного нарушения, не имеет заранее установленной силы по отношению к иным доказательствам и подлежит оценке судом наряду с прочими доказательствами, представленными в материалы дела.
При этом, поскольку в силу ч.4.ст.5 Закона о защите конкуренции хозяйствующий субъект вправе представлять в суд доказательства того, что положение этого хозяйствующего субъекта на товарном рынке не может быть признано доминирующим, в силу ст.71 и 89АПК РФ заключения по вопросам анализа состояния конкуренции на товарном рынке, подготовленные иными лицами, обладающими специальными познаниями, в том числе по поручению лиц, участвовавших в производстве по делу о нарушении антимонопольного законодательства, также могут быть приняты судом в качестве доказательств.
При оспаривании лицом, участвующим в деле, достоверности выводов, содержащихся в аналитическом отчете о результатах анализа состояния конкуренции на товарном рынке и (или) иных подобных документах, суд в соответствии со ст.66,71АПК РФ вправе обязать антимонопольный орган и (или) иное лицо представить первичные материалы, на основании которых сделаны соответствующие выводы. А при необходимости на основании ч.1.ст.64,ст.82АПК РФ суд сам вправе назначить экспертизу по вопросам анализа состояния конкуренции на товарном рынке, имеющим значение для правильного разрешения дела.
Как было сказано выше, выданное на основании решения антимонопольного органа предписание может быть самостоятельным предметом обжалования. Специфической чертой данного ненормативного правового акта является то, что он не содержит в себе анализа объективных данных, установленных в ходе соответствующей проверки, а также правовых выводов. В предписании содержатся требования об устранении нарушений законодательства, указанных в решении антимонопольного органа. Поэтому в ходе судебной проверки законности оспоренного предписания предметом доказывания в первую очередь будет соотносимость требований, содержащихся в предписании, и тех нарушений, которые обозначены в решении, а также их соразмерность.
При оценке соотносимости и соразмерности мер, указанных в предписании, суду надлежит принять во внимание, являются ли они необходимыми для устранения нарушения антимонопольного законодательства или для достижения иных целей, определенных п.2 и 3 ч.1 ст.23 Закона о защите конкуренции. Указанные в предписании меры могут быть также признаны несоразмерными, если их исполнение влечет значительные для хозяйствующего субъекта убытки и имеется возможность устранения допущенного нарушения иным, менее обременительным способом. И если суд установит, что оспариваемое предписание нарушает права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, поскольку указанные в нем меры являются несоразмерными, в силу ч.4.ст.200АПК РФ предписание антимонопольного органа может быть признано недействительным полностью или в соответствующей части.
Кроме того, выдавая предписание, антимонопольный орган не вправе разрешать гражданско-правовые споры, а равно решать вопросы собственности. В частности, он не полномочен защищать субъективные гражданские права потерпевшего путем вынесения предписания об уплате задолженности в определенном размере, об обязанности возместить понесенные убытки.
Вместе с тем с учетом положений ч.1 ст.2 Закона о защите конкуренции не могут быть признаны недействительными решение или предписание антимонопольного органа только на основании квалификации соответствующих правоотношений с участием хозяйствующего субъекта, которому выдано предписание антимонопольного органа, как гражданско-правовых.
В отдельных случаях, предусмотренных законом, в предписании антимонопольного органа допустимо указание мер, направленных на установление (изменение, прекращение) гражданских прав и обязанностей в отношении конкретных участников рынка определенным способом. Например, на основании подп. "и", "л" п. 2 ч.1 ст.23 Закона о защите конкуренции антимонопольный орган вправе выдавать предписания хозяйствующим субъектам о заключении между ними договоров, об изменении условий заключенных между ними договоров или об их расторжении, об изменении или ограничении использования фирменного наименования, если при рассмотрении антимонопольным органом дела о нарушении антимонопольного законодательства лицами, права которых нарушены или могут быть нарушены, было заявлено соответствующее ходатайство. В указанных случаях антимонопольный орган вправе определить границы должного поведения в рамках конкретных гражданско-правовых отношений, предписав сторонам заключить договор или привести условия измененного договора в соответствие с решением, принятым по результатам рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства. Однако антимонопольный орган не вправе предписывать сторонам включить в договор конкретные условия, например о цене, об объеме и условиях продажи товара определенному покупателю.
Наряду с неправильным применением норм материального права основанием для признания решения и предписания антимонопольного органа незаконными могут стать нарушения процедуры рассмотрения антимонопольного дела, допущенные контролирующим органом. Как указано в п. 53 вышеназванного Постановления Пленума от 4 марта 2021 г. N 2, несоблюдение установленного порядка рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства также может являться основанием для признания недействительными решения и (или) предписания антимонопольного органа, вынесенных по результатам рассмотрения дела, если допущенные нарушения являлись существенными.
Существенность нарушений оценивается исходя из вызванных данными нарушениями последствий для лица, обратившегося в суд, а также возможного влияния допущенных нарушений на исход дела.
В частности, суд может признать существенным нарушением:
• принятие комиссией решения об установлении в действиях ответчика по делу факта нарушения антимонопольного законодательства при отсутствии ранее выданного заключения об обстоятельствах дела;
• принятие комиссией решения за сроками давности, определенными ст.41.1 Закона о защите конкуренции;
• неуведомление лица о времени и месте рассмотрения дела антимонопольным органом;
• принятие решения по делу при отсутствии кворума;
• необеспечение лицам, в отношении которых ведется производство, возможности ознакомиться с материалами дела, в том числе с аналитическим отчетом о состоянии конкуренции на товарном рынке;
• необеспечение возможности дать объяснения по делу до принятия решения.
